сказки для взрослых | Мадам Интернет

Мадам Интернет

Сказки про тебя, про любовь и про жизнь

Карты Таро. Продолжение. Странная квартира

-Проходи, проходи.

Учительница, она же хозяйка дома, она же, по соображениям Ланки, Доминика Генриховна, увлекала ее в глубину квартиры.

Но Ланка никак не могла собраться, как нынче говорят, в кучу. Вокруг было так много всего, что хотелось рассматривать, трогать, просто стоять рядом. Лучше всякого музея.

-Ну, барышня, вы не за этим приехали, чтобы рот разинув, стоять. Успеете налюбоваться, если захотите. Пока у нас другая задача. Проходите, милостиво прошу.

-Ох, у Ланки уже от этих комильфо и милостиво голова закружилась .Как будто в другом веке оказалась. Только платья с кринолином не хватает и канделябров со свечами. Хотя, что это она? Канделябры как раз были. Тяжелые, кованые, с витым рисунком. Они стояли на старом рояле, мимо которого они прошли. Рояль, как и вся квартира, был массивным, крепко стоящим на ногах, прячущим за своим величием преклонный возраст, который уже с трудом скрывался. Ланке даже захотелось поклониться ему, потому что он выглядел очень важным господином, понимающим свою роль и место.

Ланка прошла на кухню. Точнее в гостиную, как сказала хозяйка. И опять же ей захотелось разуться. Под ногами был настоящий паркет, то есть отполированные деревянные дощечки одна к одной, на которых, как ей подумалось, и училась танцевать когда-то Наташа Ростова.

-Нравится паркет?

-Да, он настоящий. Даже в блокаду не смогли пустить его в растопку. Хотя каждый день этого очень хотелось.

-Тут много что уцелело случайно. Видимо, такова судьба. Я уже больше об этом не думаю. Хотя по-прежнему удивляюсь.

Я вечером пораньше пойду спать, устаю я быстро, а ты просто прогуляйся по моей квартире, много сама поймешь. Ты тут не случайно. А теперь давай к делу. Нам надо многое обсудить. Там наш друг уже чай приготовил. Попьем и поговорим. Он уйдет, а мы все обсудим. Пока же тебе вот – альбом. Фото, что случайно сохранились. Но и они многое помнят.

Доминика Генриховна положила на колени Ланки бардовый бархатный альбом, который неожиданным образом открылся на самой его середине.

ОХ! Да это же ее бабушка! Какая же она красивая! А рядом с ней кто? Король Бубен? То есть Казимир Львович? Тоже очень не дурен. А там вдалеке кто? Так это же хозяйка дома? Тот же белый воротничок. Длинная юбка, взбитые высоко волосы и каблуки! Доминика Генриховна на высоких каблуках! Какая красивая! Теперь она понимает, почему та стесняется своих тапочек. Да и вся троица просто красавцы. Один другого лучше! Когда это было? Увы, фото не подписано.

Ланка перевернула страницу. О! Опять бабушка! Просто дама! В шляпке с вуалью, в перчатках, и… Ланка вздрогнула. На пальце у бабушки она увидела знакомое кольцо. То самое, что она сейчас принесла в сумочке к хозяйке этой необычной квартиры. Черно-белая фотография. Жаль, что невозможно разглядеть оттенок камня, потому что она уже знает, что от его цвета зависит, что кольцо хочет сказать. Но это точно то самое кольцо. В таком наряде она никогда не видела бабушку. Почему? Она что у подружки переодевалась или просто не время ей было знать правду.

Перевернула еще страницу. Какой-то незнакомый мужчина рядом с бабулей. Она где-то его видела, но где? Может, у бабушки в альбоме?

-Вы не догадываетесь кто это? Рядом с девушкой стоял Казимир Львович. Это ваш дедушка. Увы, он вас не увидел. Судьба ему досталась суровая. Пострадал из-за своего дворянского происхождения.

Однако, юная фройляйн, пойдемте пить чай. Это уже Доминика Генриховна звала ее. А то наш друг уйдет и исчезнет магия чаепития. Что касается ЧАЯ, то он у нас главный маг. Наш Король Бубен, признайтесь, вы тоже так его обозвали? Ладно, не краснейте. Он об этом знает. Сходство же никуда не денешь. Однако, никакие карты и гадания не могут с ним соревноваться в искусстве заваривания чая.

Довольный Казимир Львович приветственно приглашал всех на кухню. Стол уже был накрыт. Бабушкин зефир, ее варенье, питерские деликатесы и, конечно, большой пузатый чайник посреди стола, накрытый вафельным полотенцем, пахнущий так, что его мог бы найти слепой, если бы шел просто на запах.

-Милые дамы. Сегодня у нас чай воспоминаний. Я заварил в этот волшебный чайник мелиссу, листья брусники, немного шалфея и чабреца, капельку моего волшебства, чтобы вы забыли все, что не имеет отношения к этой встрече, потому что вам нужно «вспомнить ВСЕ», как бы это пошло не звучало и не отсылало вас к одноименному фильму. Пьем чай и я удаляюсь. Вам есть, о чем поговорить. Утром я вернусь и мы обсудим дальнейший план действий.

Ланка, подхватив толстый бархатный альбом, прошлепала в дальний угол кухни. Пошлепала, потому что тапочки, которые были ей даны на входе, были минимум 43 размера, потому они и шлепали. Но это было правильно. Паркет в квартире требовал нежного к нему обращения.

Вообще квартира – это была отдельная песня, где ей хотелось узнать каждое слово и уловить каждую отдельную мелодию, потому что любой уголок квартиры мог рассказать очень много. Тем, кому интересно. Ей почему-то было очень интересно, ей казалось, что с ней происходит что-то очень важное. Какое-то смутное чувство или, может быть, воспоминание, просыпалось в ней, и требовало высказаться. То есть проявить себя. С ней такое уже случалось. Когда она видела, как выносят на помойку старые вещи ее соседи после смерти родителей. Она тогда училась в последнем классе и наблюдада, как летают старые фото над горой мусора, как свалены в кучу вещи, альбомы, книги, коробки с женскими принадлежностями: вышивкой, спицами, цветными лоскутками и тряпочками. Взрослым детям это было не нужно. Они готовили квартиру на продажу. А прошлое родителей.. Ему место, по их размышлениям, было лишь на помойке.

Если честно, то вечером, когда никто не видел, она очень многое взяла оттуда. Например, специальную коробку для ниток и иголок. Она была очень удобная. С разными отсеками, с углублениями под наперстки и вязальные иглы. Таких давно не выпускают. И да. Еще много всяких дамских принадлежностей: пяльцы, не готовые до конца работы, пуговицы, различные крючки, спицы, и те самые кусочки шифона, креп-жоржета, крепдешина, которые были просто волшебными и сказочными. Из них можно было смастерить что-то необыкновенное. Да, это богатство до сих пор лежит в бабушкиных закромах и ждет своего часа, но тогда это было счастье – принести россыпь этих женских разноцветных мелочей домой.

Ланка задумалась.

Она пришла в себя, когда почувствовала, что на нее внимательно смотрят.

Хозяйка и Казимир Львович.

-Понятно. Человек на своем месте. Мы ему не нужны. Но. Всему свое время.

Не будем торопиться.

Казимир Львович начал разливать по чашкам свой пахучий чай.

-Что? Узнала бабушку? Красавица?

-Да, мы были красавицами. Казимир Львович не даст соврать.. Но мало кто уже об этом помнит. Лишь старые фотографии, которые тоже могут скоро стать никому не нужны. Да, парочку возьмут в музей, но уже без подписи, имени, а тем более судьбы.

Доминика Генриховна положила себе варенье в хрустальную креманку и, прихлебывая чай, жмурилась от удовольствия.

-Ничего нет вкусней подружкиного варенья и чая от нашего вечного и верного поклонника. В старости это особо ценишь. Хотя нет ничего вечного. Кроме знаний. И те могут исчезнуть, если ими не воспользоваться. За столом просидели долго. Точно больше часа. Потому что было вкусно и душевно. Казимиру Львовичу даже пришлось заварить еще один чайник его волшебного напитка. Лень и приятная истома разлилась по телу.

-Ты, барышня, еще полистай альбом. Я немного отдохну, устаю я быстро, и позову тебя. У меня для этого специальный колокольчик есть. Хочешь здесь посиди, можешь по квартире пройтись, но я советую тебе это сделать вечером. Сейчас белые ночи, и ты все хорошо рассмотришь при нужном освещении. Ведь в каждой квартире свои секреты есть, и они показываются только в нужное время и в нужный час. Встретимся через час. Мне надо сил набраться. Серьезный у нас с тобой разговор.

Доминика Генриховна тихо удалилась в дальнюю комнату.

Казимир Львович посмотрел вопросительно.

-Мне остаться? Или надо побыть рядом?

-Идите. Мне нужно привыкнуть к квартире, к новой бабушке из альбома. Просто подумать.

-Понимаю. Тогда увидимся завтра. Я приду к 12.00 часам. Любимое время для чаепития. До свидания, мадмуазель.

-Вот я уже и мадмуазель. Барышней была, фройляйн была, теперь мадмуазель. Так все необычно.

Она услышала звук закрывающейся двери. Наступила тишина.

Продолжение следует.

Предыдущая история тут:

Выключите телевизор, хоть с ним вам и удобней

Михаил Казиник, известный популяризатор классической музыки, культуролог, музыкант, писатель постоянно говорит на своих выступлениях о том, что в доме необходимо выключить телевизор, чтобы сберечь свою психику, а тем более ребенка. Про это моя история из жизни.

Варя часто болела. Она не могла ходить в детский сад. Бабушки у нее не было. То есть она была, но жила очень далеко и не могла к ней часто прилетать. Потому что это невозможно. Варя два дня ходила в садик, потом неделю болела. Снова шла в садик на два дня и… опять заболевала. Какой-то организм у нее был слабый и совсем не боролся с болезнями. Мама с ней замучилась. Она договорилась на работе, что будет там появляться на половину дня, а потом уходить домой. Так что до двух часов Варя была в доме одна. Чтобы не бояться, она включала телевизор. Мама всегда ставила его на канал Дисней. И на все время пока она болела ее лучшими друзьями стали Холодное Сердце, герои в масках, Алладин, София прекрасная, веселые мопсы, Барбоскины и другие сказочные герои. Многие истории она смотрела по многу раз, но ей было не скучно, потому что лежать в кровати было приятней, чем идти на кухню, самой есть, чистить зубы, умываться. Варя не любила это делать. Как только мама уходила, она включала телевизор и … просто ждала маму.

Когда приходила мама, Варя радовалась и цитировала ей мультики, что «это наша ночь и герои в масках всем должны помочь», и что ей необходимо купить пони Рарити, потому что только она исполняет желания. Так сказали по телевизору. Для Вари телевизор стал лучшим другом и советчиком по всем вопросам. По этой причине на любой вопрос мамы Варя находила ответ из тех, что услышала по телевизору. И постоянно просила купить очередную игрушку, которую так хвалят по телевизору. Варя видела, что мама сердится, но не унималась. Ей очень нужна была новая игрушка. Мама ее любит, потому должна купить. По телевизору хорошие мамы так и делают.

Проходило время, Варя поправлялась и шла в садик. Самое большее – на неделю. Потому что она снова заболевала. И, если честно, то была этому рада. Можно снова лежать в кровати, смотреть мультики и ждать маму. И это очень даже неплохо.

Только мама почему-то была этому не рада.

Однажды она выключила телевизор. Насовсем. И спрятала пульт.

Варя плакала. Рыдала. Устраивала сцены. Хлопала дверью и обзывалась. Она не могла жить без телевизора. Потому что там самое интересное. Там красивые мамы, умные дети и много отличных игрушек, которые надо срочно купить.

Мама выдержала все истерики. А потом в дом пришла незнакомая тетя, которая сказала, что будет няней Вари, пока она болеет. Но она уверена, что будет приходить редко, потому что девочка Варя здоровая и будет посещать детский сад, как другие дети.

Варя встретила ее неласково. Тетя ей принесла цветные книжки, мелки, какой-то странный застывающий пластилин, даже песок. Зимой и песок!

Варя не хотела вставать. Хотела по привычке лежать и ждать мультиков. Но тетя оказалась не простой. Она сказала, что знакома с Мэри Поппинс, про нее Варя смотрела кино, и потому имеет права командовать детьми. У Вари началась другая жизнь. Оказалось, что вокруг нее очень много злых волшебников, которые хотят ее забрать в свои царства. Это Царь – лежебока, Злой Волшебник Кариес, Принцесса Подушкина, Король – Зевун, Рекламная королева, Злая фея Телемания и еще много других, кого Варя с первого раза даже не запомнила.

Как только Варе хотелось прилечь и заснуть, а ей этого хотелось постоянно, няня начинала повторять:

Ты Зевун уходи.

Ты – подушка подожди.

Надо Варе почитать,

Еще рано. Стоп! Не спать!

Крепко брала Варю за руку и вела на кухню, где стояло уютное кресло, в которое няня усаживала Варю и начинала читать.

Оказывается, что придумывать собственные мультики в голове гораздо интересней, чем смотреть готовые картинки.

А потом самой сочинять песенки, стишки, рисовать собственных фей и принцесс.

Когда Варя приходила в садик, девочки ей показывали своих кукол, они почему-то у всех были одинаковые, потому совсем не интересные, и Варя не хотела с ними играть. В ответ она показывала им свои тряпочные куклы, которые она сама сделала с няней. Вот ее куклы были самыми настоящими. Живыми. И единственными.

Варя поправилась. А тетя, то есть ее няня, с которой ей очень повезло, потому что она была даже лучше Мэри Поппинс, ушла в другую семью. Но у Вари есть ее телефон. Если что, то она всегда может ей позвонить. Потому что она больше не любит телевизор, она любит маму, ребятишек в детском саду и мастерить своими руками. Свой собственный мир, как сказала ее няня. Потому что все люди разные, а дети тем более. У каждого своя сказка, которую надо беречь.

Если вам близко то, что я пишу, то вы можете найти мои книги в интернете.

Вот ссылка на последнюю “Книга под твоей подушкой”

Доброго Вам чтения!

Книга под твоей подушкой, ваши любимые истории

Наконец-то я собрала ваши самые любимые истории в одну книгу.

Она так и называется “Книга под твоей подушкой”

Иллюстрации к ней нарисовала, как всегда, Наташа Блинкова из Москвы.

Сегодня я хочу вам напомнить одну историю, которую сама очень люблю.

Это кольцо до сих пор живет у меня.

Старое кольцо

Старое кольцо. Зеленый камень. Совсем-совсем зелёный. Серебряная оправа. Простоватое на вид. Я беру его в руки. От прикосновения камень становится теплым, а его зелень — еще более глубокой и таинственной.

Старая бурятка сидит у юрты. Пора подводить итог жизни. Она камлала в последний раз. Не поднимет больше бубна. Он перестал ее слушаться. Вчера он гудел: «Пора! Пора!» И, когда в кружении обряда она встретилась со всеми духами родственников, они тоже шептали ей: «Гульдэмэй, пора! Пора передавать свой дар! Пора!»

Да, она все понимает. Но кому?

Последняя внучка уехала в поселок учиться. А от ее сказаний только отмахивается: «Бабушка, ты же музейная ценность. На тебя ходят посмотреть, как на реликвию. Кому твои заговоры и камлания нужны?»

Ну и что на это можно сказать?

Гульдэмэй трет колени. Болят. Даже ее волшебная мазь не помогает. Старая стала совсем.

Но как она может уйти, не передав никому свой дар?

Пригревает весеннее солнышко. Старуха совсем разомлела и задремала под его лучами.

Ей снится странный сон.

Она сидит у своего старого сундука, что достался ей от ее бабушки, великой шаманки Агуй Гохон, и разбирает его содержимое. Здесь много забытых ею вещей. Бабушкины бусы, что помнят ее молодой, остатки атласных лент и перьев, что украшали ее бубен, сам бубен, потертый и потерявший голос, осколок зеркала, забытые колечки. И множество мелких монеток, уже позеленевших и не имеющих никакой ценности.

И слышится ей голос бабушки:

— Гульдэмэй, пора и тебе отправляться к нам. Некому передать тебе великую силу наших предков. Тяжело это признавать, но так есть. Сделай, как я тебе велю. Тебе осталось совсем немного. Достань все вещи из сундука. Ничего не выбрасывай. Раздай их людям на память. Каждый возьмет то, что заслуживает. Так мы раздарим нашу силу. И она вернется к нашим предкам, умноженная на талант тех, кому достанется наш дар.

Проснулась старуха. Поняла наказ великой шаманки Агуй Гохон.

Бережно достала из сундука казалось бы уже ненужные вещи. Аккуратно разложила у юрты, стала ждать гостей.

Первым пришел ее племянник Эсэгэ, который называл себя Сергеем.

«Смурной какой-то, — подумала старуха. — Печаль какая-то в сердце. А ведь большой человек, говорят, ученый».

Эсэгэ пытался начать разговор, но никак не мог. Помог бабушке очаг развести, сделал ей травяной чай и засобирался.

— Выбери себе подарок, — сказала Гульдэмэй. — Моя бабушка, великая шаманка, так велела. Так надо. Ничего не спрашивай.

Эсэгэ в лице переменился. Стал рассматривать содержимое сундука. Не раздумывая, протянул руку к бубну.

На выходные заехала внучка, взяла прабабушкины бусы. Посмеялась, конечно, над чудачеством старухи: удумала, мол, силу раздавать. Но примерила бусы и не захотела снимать. Больно уж тепло у нее в груди стало от прикосновения прабабкиных камней.

Быстро всё разобрали. Лишь кольцо великой шаманки, серебряное, с бирюзой, от старости ставшей темно-зеленой каплей, лежало сиротливо на блюдечке возле юрты.

Ночью плохо стало старухе. Хорошо, что в этот день у нее остановился местный пастух, что перегонял стадо баранов на другое место. Сел он на коня, поскакал в поселок: «Бабушка Гульдэмэй умирает».

Привез докторшу Валентину. Грустную женщину с серыми глазами. Та поставила укол, но сказала, что он уже не поможет. Пришло, мол, время.

Бабушка попросила: «Возьми от меня на память кольцо. Оно не твое, но очень тебя однажды выручит. Отдай его тому, кто тебе поможет. Кольцо само своего хозяина найдет. Не беспокойся. А пока сама носи. Оно придаст тебе силы. А как только кольцо свою хозяйку найдет, твои беды закончатся. Ты хороший человек. Все у тебя будет нормально».

Умерла бабушка утром. Хоронили, как она просила, по местным обычаям.

Докторшу Валентину на работе сократили. Какие-то дурные времена пошли. Стали русских отовсюду выгонять. А у нее двое детей. Теперь приходится стоять на рынке и торговать сувенирами. Тут и модные нынче бубны, точнее — то, что за них выдают местные предприниматели, и поделки из камня, и расшитые шапки а-ля местная экзотика. Стыдобища, а не товар. Но туристы покупают. Ведь сейчас модно в шаманские места ездить. Хотя — какие нынче шаманы? Она же сама бабушку Гульдэмэй в последний путь провожала. Но молчит она об этом. Да и кому это интересно? Каждый свой бизнес делает. И детей кормить надо. Совсем тяжело стало. Было бы к кому в Россию уехать, давно бы уехала. Но нет никого. А тут хоть плохонькое, но жилье. Свое, между прочим.

За грустными мыслями не заметила, что на нее давно уже смотрит женщина, тоже славянка.

Увидев, что на нее обратили внимание, незнакомка поздоровалась:

— Вы грустная. Что-то случилось?

Валентина ответила: да, мол, давно уже случилось… и почему-то стала говорить, говорить. О том, как переехала в Бурятию за мужем, как он погиб на перевале, как осталась одна с двумя детьми, о том, что с работы ее уволили, что плохо ей. Не знает, что делать. Только дети ее и держат.

Марина (так звали незнакомку) внимательно слушала, не перебивала.

Потом полезла в сумку, достала кошелек, выгребла все, что в нем было, и протянула Валентине.

— Берите, жалко, что мало взяла с собой. И уходите с рынка. Я договорюсь, чтобы вас снова взяли на работу. На первое время вам хватит.

Валентина остолбенела.

— Не возьму, что вы!

— Так надо! Берите!

— Но как же мне отблагодарить вас?.. Ой, постойте! Я думаю, пришло время передать вам подарок последней шаманки.

Валентина сняла кольцо с шеи (она носила его на шнурке, чтобы не потерять) и протянула Марине.

Марина взглянула на кольцо:

— Хорошая и ценная вещь, но не моя. Однако я возьму его. Чувствую, так надо.

В Москву Марина вернулась из долгой поездки по Азии лишь через год. Колечко с бирюзой всегда лежало в ее кошельке. И она вспоминала о нем только тогда, когда получала очередное письмо с благодарностями от Валентины, что жила в далекой Бурятии, и которой она однажды помогла. Да, она решила вопрос с ее работой. Ведь ей, известному московскому редактору, который сопровождал государственную делегацию, не могли отказать. Вот она и попросила кого надо. Что тут особенного?

Сейчас она спешила в аэропорт. Приятельница через знакомую передала из-за границы важные документы для работы. В кафе аэропорта ее ждала Наташа, она сидела с синей папочкой, как предупредила приятельница.

— Ой, так здорово! Ты меня выручила! По почте я бы эти документы не дождалась. А они очень мне нужны для нового проекта. Не знаю, как и отблагодарить тебя.

Марина потянулась к кошельку, не понимая, что происходит, достала колечко с зеленой каплей.

— Примерь!

Наташа удивленно посмотрела на нее, однако кольцо взяла. Примерила. Оно оказалось ей впору. Как будто всегда и было на ее безымянном пальце.

— Странное у меня ощущение, как будто я его теряла и тут вдруг нашла. Ничего не понимаю.

— И мне так хорошо стало, — сказала Марина, — как будто я сделала что-то очень важное. Наверное, это твое кольцо и есть. В Бурятии мне сказали, что оно само хозяйку найдет. Видимо, ты и есть его хозяйка.

Старая шаманка Гульдэмэй довольна. Она часто приходит на место своей старой юрты. Юрты тут давно уже нет. Да и ее самой нет. А вот душа ее тут. И душа ее бабушки Агуй Гохон тут же. И они ведут неспешные разговоры.

— Как хорошо у них получилось с подарками. Они точно дошли до тех, кому и предназначались. А Эсэгэ, что взял бубен, издал народный бурятский эпос, это сказания и песни великих шаманов; внучка, что обрадовалась красивым бусам, стала заслуженной учительницей, преподает бурятский в школе; пастух, что привез докторшу, — известный чабан.

Все, кто получил часть силы последних шаманок, работают на память предков. Даже кольцо с бирюзовой каплей служит тому, кто пишет сказки, дающие опору разуверившимся в жизни. И каждый из них чувствует поддержку, ту частичку великой силы, что дает им древний народ.

Гудит ветер. Дышит бесконечная степь, держит на своих ладонях рыжее солнце. И звучат шаманские бубны. Это Гульдэмэй и Агуй Гохон вспоминают свою молодость, соревнуются в умении усмирять ветер и разжигать солнце.

Наташа просыпается среди ночи. Странные сны не дают ей покоя. Как будто она идет по бесконечной степи, ковыль прижимается к ее ногам, а кто-то высоко-высоко поет песню. И ей необходимо, просто необходимо записать слова этой песни. Это чужой язык. Но она почему-то его понимает. Это песня степи и великого народа, что здесь когда-то жил. И ей кажется, что она тоже когда-то здесь родилась.

Э-ге-гей! — хочется ей закричать.

Но вместо этого она идет к компьютеру, и руки сами начинают писать. И теплеет на пальце колечко с бирюзой, что помнит старый сундук и свою хозяйку Агуй Гохон. Ее прапрабабушку.


Приятного вам чтения!

Почитать мою ежедневную писанину можно и здесь zen.yandex.ru/crazybabooshka

Карты Таро. Завещание бабушки. Продолжение

Апрель 29th, 2019 Размещено в категории Сказкотерапия
Метки: , ,

Зеленый коридор

Странное ощущение. Непонятно, кто идет. Дорожка или ты сам по дорожке. Так она  чувствовала себя в аэропорту, когда впервые папа взял ее с собой в Москву. Она была еще маленькая, но очень хорошо помнит длинный – длинный коридор, дорожка, которая едет сама по себе и себя на той дорожке. Для нее это было так необычно.

Но сейчас было еще необычней. Она куда – то двигалась или ехала, а по сторонам пульсировали стены, меняя узоры и очертания.

Если бы это было во сне, то она бы не удивилась. Там надо сказать себе: «Это всего лишь сон», – и ничего не бояться.

Но тут это был не сон.

Она была реальной, и все происходило реально.

Тут хоть сто раз себе повторяй, что это сын и щипли себя до синяков за руку, ничего не помогает.

Хорошо, – подумала Ланка, – если я ничего не могу изменить, то буду просто наблюдать. Я же живая. Или пока живая? Но эту мысль она тут же отбросила.

Я тут, все очень красиво и необычно. Наверное, бабушка придумала для нее какое-то новое приключение. Просто буду любоваться. И Ланка начала глазеть по сторонам.

То, что было вокруг, не входило в мир ее представлений. Ни одна компьютерная игра не была такой яркой и насыщенной светом, точнее его пульсацией, как то, что она сейчас видела. Видела же. Ведь она не спала.

-Я точно не сплю? – уже в который раз переспрашивала она себя.

-Нет, ты не спишь.

-Где я уже слышала этот голос?

-Да, ты его слышала. Теперь можешь обернуться. Ты у цели.

-Э.. Ты же Клеопатра? Та из моего первого сна?

-Верно.

-Только не из сна, а из жизни.

-А как мы друг друга понимаем?

-Ты про язык?

-Он нам не нужен. Ты же видишь, я не раскрываю рот.

Ох, она была прекрасна. Еще прекрасней, чем в первом сне. Точнее при первой встрече. Где – то она видела изображение Клеопатры. Она не помнит где. Но там у нее был какой-то большой нос, волосы иссиня –черные. Она совсем-совсем другая. Но нарисовать ее красоту невозможно. Потому что..

Ланка не додумала свою жизнь.

Кольцо на ее руке запульсировало так сильно, что ей даже стало немного больно.

Ой, – больно.

Она хотела сдернуть кольцо с руки.

-Это невозможно. Теперь оно твое. И будет всегда с тобой, когда нужно предсказать чью-то судьбу. Это камень агат. И кольцо когда-то было найдено здесь, в Египте. Как оно оказалось у твоей бабушки, это длинная история. Главное, что оно есть у тебя. Агат – камень, который предсказывает будущее. Потому он у тебя. Он всегда рядом с тем, кто владеет искусством предсказания, кому доверяют свои секреты карты Таро, теперь у тебя есть и то, и другое. Начни познание вот с этой карты. Старший Аркан Выбор.

У тебя есть еще немного времени, чтобы подумать.

Твой ли это выбор?

Или это выбор твоей бабушки?

У тебя ровно три дня для принятия решения.

Хочешь ты быть простым земным человеком, бегающим за иллюзией жизни, или сама будешь творить себя и чужие жизни.

Это огромная ответственность.

Тебе дается три земных дня. Простых. Привычных. Без сновидений и звонков бабушки.

Теперь есть только ты.

И твой выбор.

Ланка стояла на столе перед антресолями.  В одной руке она держала пустую коробочку. На левой руке на безымянном пыльце было надето кольцо с зеленым камнем. Кольцо как кольцо. Ничего особенного. Она стала его рассматривать и..

Она вспомнила, вспомнила то, что только с ней произошло.

-Чертовщина какая – то. Или я схожу с ума или..

-Надо решать. У меня всего три дня. Карта выбора. Точно. Надо решать.

Она почувствовала, как тепло кольца начало разливаться по ее телу.

Продолжение следует..

Предыдущую историю читай тут:

Если хотите почитать мои другие книги, то их легко найти в Интернете.

Наберите Наталья Берязева в гугле и выбирайте, что вам ближе к душе. Книг вышло уже много.

Вот ссылка на одну.

Кликай!

Спасибо за то, что выбираете мое творчество.

Благодарю!

 

 

 

 

Карты Таро. Завещание бабушки. Продолжение

Звонок от бабушки

Ланка с ужасом подняла трубку.

-Внуча, не пугайся! Это я – твоя Ба.

В трубке шипело, скрежетало, свистело, но голос бабушки был отлично слышен.

-Ничему не удивляйся, я буду первое время рядом, так, чтобы ты ощущала мою поддержку. Потом уйду, когда будет нужно. И не буду пугать тебя звонками и своим явственным присутствием. Так надо. Ты все делаешь правильно и идешь тем путем, который тебе предназначен. У меня есть еще один секрет. Точнее реальная подсказка тебе для новой жизни. Я не стала этого писать в письме. Мне проще объяснить тебе сейчас. На антресолях на кухне за старой занавеской стоит коробка из-под твоих детских туфелек. Достань ее. Пришло время. Там ты найдешь маленькую коробочку. Очень важную для тебя. Ты все поймешь. Люблю тебя. Я рядом. Ничего не бойся.

Ланка ничего не успела ответить. В трубке что-то щелкнуло, и она замолчала.

-Так. Так. Опять ничего не успела понять. Что там говорила бабушка? Про какую коробку на антресолях? Да, туда она еще не заглядывала.

Ланка, прихрамывая, пошла на кухню. Все-таки здорово она грохнулась. Поди синяк во всю задницу, – невесело подумала она. Ладно, некому на него любоваться. До свадьбы заживет, – как говорила ее любимая Ба.

Подставила стул. Отодвинула пыльную и потерявшую цвет занавеску.

О, сколько там забытых вещей из детства! Она думала, что их уже не существует. Вот он – кукла Славка, ее любимый глазастый пупсик, вот желтый медведь, его ей подарили одноклассники на день 12-летия. Вот альбом из детского спортивного лагеря, где она была редактором и записывала отрядные дела. Там в конце есть приписка, пронизанная щемящей грустью: «А мне уже 16 лет». То есть такая она взрослая, что просто ужас.

Но это она опять зачиталась. Где же коробка из – под детских туфель? Да, видимо, совсем глубоко. Рука не дотягивается. Далеко бабушка спрятала. Подальше от ее любопытных глаз. Но теперь уже можно. Пришлось подтянуть кухонный стол. Со стула коробку было невозможно достать.

Вот она. Да она помнит эту коробку. Там лежали сандали, очень модные, ей привезли в подарок из-за границы. Она даже боялась их надевать. Такие они были яркие, красочные, необычные. Потом их отдали какой-то родственнице, потому что Ланка носила их так аккуратно, боясь испортить, что они остались почти как новые. Жалко, что она быстро из них выросла. Вот она – зеленая бархатная коробочка, в таких, как правило, хранят кольца. Чаще всего свадебные.

Открыла.

Ох! Зеленый глазок кольца ожил, заструился светом, начал переливаться.

Вот это да, – выдохнула, не удержавшись, Ланка.

Красота-то какая! Никогда она не видела это кольцо у бабушки. Надо же, думала, что живет рядом, все про нее знает, а каждый день – новая тайна.

Ланка бережно достала кольцо. На вид серебряное. А вот такой зеленый камень с причудливым узором и многочисленными гранями она видит впервые. Это точно не изумруд. И не малахит. В детстве увлекалась сказками Бажова, потому все про уральские камни перечитала.

Кольцо было теплым, живым. Свет, исходящий из него,  был приятным и каким-то манящим. Ланка неожиданно для себя надела кольцо на безымянный палец на левой руке.

И…

Зеленый свет пролился в комнату, все предметы растворились в нем, а там, где было окно, образовался длинный зеленый коридор, который звал, манил, пульсировал, переливался всеми оттенками зеленого. И точно также переливалось и пульсировало кольцо. Ланка, подталкиваемая и влекомая какой-то непонятной силой, шагнула в сторону зеленого светящегося коридора.

Продолжение следует. Начало истории читай тут:

Cкоро снова увидимся..

Хотите почитать еще?

Вот ссылку на одну из моих книг, чтобы вы долго не искали в интернете.

Кликай!